July 11th, 2013

Очередной изменник

Как я уже писал, источником "вдохновения" для обсуждаемого историка служат зачастую либо доносы "особистов" всех мастей, либо книги  власовцев и прочих предателей. Именно там (естественно) можно прочесть, как все всегда было плохо и неправильно в СССР вообще и в РККА в частности. Что и требуется для солонины.
Вот очередной "герой" - некто М. Коряков. Солонин его представляет так:
В 1941 г. автору было 30 лет, войну он начал рядовым, закончил капитаном. После Победы эмигрировал на Запад; книга была издана в Нью-Йорке в 1952 г.
Взял да эмигрировал, делов-то - ну что ж, бывает. Что же поведал читателям сей автор?
"Наслаждаясь легкими, молниеносными победами (имеется в виду присоединение западных Белоруссии и Украины, Прибалтики и Бессарабии), отъедаясь на даровых и обильных оккупационных харчах, бойцы и командиры Красной Армии были настроены залихватски. То была «сталинская молодежь», выращенная в искусственном, оранжерейном климате, полная веры в гений «великого, мудрого и любимого Сталина» (и т. д.)
Сам Коряков в этих событиях не участвовал, он в то время служил ... в музее Льва Толстого в Ясной поляне (довольно далеко от западных границ). С чего он взял про некие "даровые и обильные харчи" вместо обычной, положенной солдату пищи - неизвестно. А до этого что, красноармейцев голодом морили? Нет? А почему тогда они "в оккупации отъедались"? Не говоря уж о том, что к лету 41-го большинство тех солдат свое отслужили и были демобилизованы.
Ну, а далее, по Корякову, как только начались тяжелые бои и поражения, вся вера немедля улетучились. А потом (причем - якобы уже в июле 41-го) в РККА пришли по мобилизации 30-40-летние - те и вовсе отродясь кровавый режим поголовно ненавидели. Потому и молодые солдаты, и постарше - при первой возможности дружно разбегались.
Естественно, Марк Семеныч не удержался и скопипастил столь лакомый для него текст. То, что Коряков впервые оказался на фронте только в октябре 41-го, и то не надолго - Солонин, конечно же, "почему-то" не упоминает. И никаким "рядовым" Коряков войну не начинал - он был курсантом военного училища, куда попал сразу после призыва в армию и откуда вышел офицером (во время учебы курсантов на некоторое время отправляли на фронт...).
До войны Коряков в СССР издавал "произведения" вроде "Колхоз им. Иванова в борьбе за большевистское единство", упрекал героиню детской (!) повести в недостатке «коммунистического воспитания» (донос в виде "статьи" - автор той повести, небось, долго гадал, посадят его после этого или обойдется). Во время войны К. не постеснялся получить боевой орден за то, что, будучи с 1942-го военным корреспондентом, героически печатал в газете воздушной армии как свои статьи, так и чужие (т. е. появляться на передовой не требовалось - максимум на аэродромах). В 44-м кровавым режимом был переведен в пехоту - якобы за то, что сходил в церковь. Ждал нового назначения в резервном полку, но за пару недель до окончания войны ухитрился попасть в плен (у Солонина - "закончил войну капитаном", а про плен ни слова). Тут же предложил свои услуги новым хозяевам - сперва фрицам (всех остальных пленных они тут же гуманно перестреляли), потом американцам:
"...пленного автора, представившегося военным корреспондентом, передают в конце апреля в роту пропаганды СС (!), располагающуюся в Судетах. К этой роте приставлено "власовское" подразделение, выпускающее газету "Голос народа". Заправляет в нем бывший политрук Красной Армии, а ныне офицер немецкой по фамилии Паршин. Вскоре всю роту берут в плен американцы. Автора переводят в "русский" лагерь, где он пишет коменданту рапорт в духе "Наш враг номер один - Гитлер - разбит. Но остался враг номер два - большевизм"... Увы, комендант не понимает по-русски. Так как лагерь вместе со всеми обитателями передают советской стороне, автор бежит из него и пробирается на запад. На нем по-прежнему капитанская форма. По дороге он натыкается на американскую комендатуру, которая ... выдает ему проездные документы .... Комендант  направляет его в Бухенвальд, откуда, по его сведениям, советский член репатриационной комиссии как раз должен ехать в Париж. В Бухенвальде и затем во Франкфурте автор выступает перед советскими военнопленными с рассказами о жизни на родине. Затем едет с найденным попутчиком в Париж."
Там он в советской военной миссии участвует в издании газеты "Вести с Родины", агитирующую как белоэмигрантов, так и оказавшихся на Западе советских граждан за возвращение в СССР (где, как мы теперь знаем, их ждали с распростертыми объятиями). Легкость, с какой сей "идейный борец с режимом" переключается с советской агитации на антисоветскую (и обратно), впечатляет. Когда вздумали репатриировать его самого, он тут же скрылся (бросив на произвол судьбы оставшуюся в СССР семью). Будучи, напомню, офицером! Он-то и является самым что ни на есть дезертиром, которых постоянно клеймит позором Солонин. И, естественно, Коряков, в очередной раз сменивши хозяев, соответственно сменил и направленность своей пропаганды. Солонин же из "творческого наследия" этого персонажа "почему-то" выбрал не "Колхоз за большевистское единство", а послевоенные опусы. И не важно историку, что автор свидетелем событий лета 41-го не был, и не важно, что он сам дезертир и изменник - главное, содержание для солонины подходит. Ну, а "ненужные" факты из его биографии Марк Семеныч, как обычно, просто не упомянул.
О похождениях Корякова можно прочесть:
http://www.az-libr.ru/index.shtml?Persons&000/Src/0010/04974356
http://mviu60.3dn.ru/publ/vypuski/1919_1950/korjakov_m_m/12-1-0-252
http://labas.livejournal.com/938066.html
promo glavsnab march 3, 13:27 12
Buy for 10 tokens
http://labas.livejournal.com/858074.html "...стало горько что Ю.Л.Латынина вынуждена пользоваться услугами каких-то сомнительных посредников. Вот, написал ей письмо: Юлия Леонидовна. Являясь давним поклонником Вашего таланта, я очень рад тому, что Вы снова и снова обращаетесь к…

"Десятки перелетевших"

"Десятки летчиков перелетели к немцам вместе с боевыми самолетами. Позднее из них и находившихся в лагерях летчиков была сформирована «русская» авиачасть люфтваффе под командованием полковника Мальцева. Были среди них и два Героя Советского Союза: истребитель капитан Бычков и штурмовик старший лейтенант Антилевский. Да и сам Мальцев в свое время был уже представлен к награждению орденом Ленина, но попал под «колесо» массовых репрессий в 1938 г."
Для начала, фраза хороша: "перелетели вместе с самолетами". Неужто летчик и без самолета мог перелететь?
Ну и построение абзаца: "авиачасть из перелетевших и находившихся в лагерях (в каких таких лагерях находились - не указано, может, в советских?), среди них два Героя Советского Союза". Можно понять так, что Герои тоже к немцам перелетели (на самом деле оба были сбиты в воздушных боях, выпрыгнули с парашютами и попали в плен, причем Бычков был ранен). Все это не случайная небрежность, ведь цитирую я выше "Анатомию катастрофы", а это уже третье ("переработанное") издание одной и той же книги. Таким макаром историк сознательно наводит тень на плетень.
Кстати, сам Солонин много раз возмущался неуместным использованием союза "и", например:

"165 452 убитых и пропавших без вести.
С помощью буквы «и» составители сборника ловко спрятали дезертиров в общем числе безвозвратных потерь"

Но ему самому писать "перелетевших и находившихся в лагерях", разумеется, можно. Он тем самым не "ловко прячет", а наоборот - выпячивает...
Ссылается Солонин на статью М. Антилевского (родственник это, что ли, летчика-предателя Б. Антилевского?). Называется статья "Авиация генерала Власова" -
http://www.airwiki.org/history/av2ww/axis/roa/roa.html . Насчет "перелетевших" там сказано вот что:
С советской стороны, по германским источникам, только за 1943 г. перелетели к немцам 66 самолетов, еще 20 экипажей воспользовались возможностью побега в первые три месяца 1944 г. Проверить эти цифры по материалам отечественных архивов и дать им адекватную оценку вряд ли возможно: подобных признаний в них нет...решившийся на перелет едва ли внешне выдавал свои намерения и попросту терялся в небе, отставая от группы и уходя на запад незамеченным, числясь затем в рапортах "пропавшим без вести" или "не вернувшимся из боя". Впрочем, единичные свидетельства дезертирства летного состава все же сохранились, первое из которых относится уже к 22 июня 1941 г., когда при бомбардировке Кенигсберга штурман предпочел выпрыгнуть с парашютом из своего СБ, но не возвращаться обратно. Летом 1941 г. в 735-й бап один из экипажей на Су-2 не вернулся домой, взяв курс на запад. В результате разбирательства полк не получил гвардейское звание, хотя и был уже к нему представлен.
Во-первых, никакой ссылки на "германский источник" (как, впрочем, и на советские) Антилевский не приводит. Во-вторых, советскими источниками, как он пишет, "десятки перелетевших" не подтверждаются (хотя какие-то случаи могли пройти незамеченными). 735-й бап на фронте находился с 42-го года, в том же году преобразован в штурмовой и летал на ИЛ-2 (см. http://tashv.nm.ru/Perechni_voisk/Perechen_12_01.html ). Кроме того, летом 41-го никаких гвардейских авиаполков быть не могло (первый из них появился только в декабре 41-го). Так что этот случай явно не соответствует действительности. Третий конкретный случай, приводимый Антилевским, относится к последним дням войны, причем Антилевский полагает, что тогда летчик дезертировал не к немцам, а к союзникам или в нейтральную страну. Но в любом случае в РОА ему уже было не попасть. Остается один штурман, но и тот не перелетел, а выпрыгнул с парашютом. Прыжок с парашютом при бомбардировке - весьма опасный способ дезертирства, в лучшем случае прыгун попадет в плен, а запросто может и погибнуть от огня ПВО (уж где-где, а в Кенигсберге зениток хватало). И откуда известно, что выпрыгнувший штурман "предпочел не возвращаться"?! Может, у него нервы сдали или решил, что самолет подбит....
Впрочем, один германский "источник" налицо. Это все тот же известный своей честностью Й. Хоффманн, автор "протокола допроса Лукина" и прочих подобных чудес. http://militera.lib.ru/research/hoffmann/04.html :
На немецкую сторону добровольно перелетело довольно много советских самолетов — к 1943 году их было 66, в первом квартале 1944 года прибавилось еще 203.
Не 20, как пишет Антилевский, а 200! В одном полку могло быть от 20 до 40 самолетов, т. е., если верить Хоффманну, за три месяца улетело к немцам от 5 до 10 авиаполков полного состава. И это в 44-м году! До этого за 2 с половиной тяжелейших года войны всего 66 самолетов якобы перелетело, а тут за три месяца победного 44-го - сразу 200 с лишним! И никто с советской стороны этого не заметил! Круто. Ссылается Хоффманн (да и то неявно) на некие рукописные мемуары власовца Б. Плющева, нигде не изданные, но якобы имевшиеся у него в архиве. Причем ссылка эта - не при фразе о числе "перелетевших", а дальше, где автор начинает излагать биографию "полковника" Мальцева. Откуда взято число перелетевших - загадка. Есть мнение, что к "перелетевшим" Хоффманн причисляет все случаи вынужденных посадок, навигационных ошибок (посадка на аэродром противника), принуждения к посадке расстрелявших все боеприпасы и т. д. Такие вот "немецкие источники". Антилевский же, видимо, число 203 счел уж совсем несуразным и ... последнюю цифру из него выбросил, оставив 20.
Вот здесь http://lib.rus.ec/a/100889 есть другая книга того же Б. Плющева (правда, тут его фамилия написана как Плющов):

Следует привести также выдержку из другой статьи, напечатанной в газете «Доброволец» 28 мая 1944 г. (и в газете «Парижский Вестник» 15 июля 1944 г.): «…Люди, составившие наши эскадрильи, пришли в Русскую Освободительную Армию с той стороны фронта; некоторые перелетели добровольно. Но большинство в свое время оказались в плену после боя с теми, кого они называли смертельными врагами, а теперь называют друзьями и братьями по оружию...."
Т. е. даже власовская пропаганда признавала, что перелетевших были единицы. Но Солонин власовцев переплюнул! При всей свой "разборчивости", на одиозного Хоффманна ссылаться он все-таки избегает, но находит какой-нибудь перепост...
Про "полковника" Мальцева Солонин пишет так, будто тот был представлен к ордену за боевые заслуги. На самом деле Мальцев настоящим полковником ВВС был до 1937 г., затем - в резерве, трудился в Аэрофлоте, где и был представлен к награде. На момент измены военнослужащим не являлся, а работал начальником санатория, одно время при немцах был бургомистром Ялты. Все это изложено и у Антилевского, и у Хоффмана. Но Солонину-то выгодно выдавать предателя за боевого летчика.
О том, что десятки пленных советских летчиков, в т. ч. и Героев, несмотря на тяжелейшие условия в плену, несмотря на давление власовцев, Родине изменять отказались - Марк Семеныч старательно умолчал.